Прочитайте, как обстоят дела у сайта Дневников и как вы можете помочь!
×

URL
  • ↓
  • ↑
  • ⇑
 
04:31 

2013/09/11/03/05

Не спать! Как же там была у Андреева? Сегодня брожу кругами весь день и не могу вспомнить... В общем, смысл в том, что спать нельзя. А то, пока ты спишь, случится что-нибудь важное. Например, распнут твоего друга или учителя. И побежишь, голый, при свете факелов. А после трижды отречёшься... Поэтому я не сплю. Слушаю "Фрэнки Шоу" да играю в мадзян на ноутбуке. А звучит не так бессмысленно, как есть на самом деле... А по сути - убийство времени. Странно. Панический страх смерти, пробудившийся во мне - и одновременно с тем невозможность заставить себя делать что-то, кроме этого пустого убивания времени. Чуть менее пустого, чем вакуум. Впрочем, то, что я пишу эти строки, говорит о том, что я сумел высунуть нос из капкана бессмысленности и лености и заставить свою душу хоть немного шевелиться... Духовные практики, медитации, тренировки... Все кажется самообманом. Видишь то дерево?.. Видишь то дерево... За окном золотая осень. Уж лучше идти шуршать листьями...
Внезапно опять начала искать работу. Какой-то бесконечный процесс.
Самсара, самсара, самсара...

18:09 

Сопливое...

Уйди...
У стен отчаяния моего тихо шумит камыш.
Вдох и выдох. Ты любишь.
Стоишь
Не в силах уйти.
Но не меня.
Не сейчас.
Изо дня
в час
протекает мгновение.
Что же стоИшь?
И стОишь ли?..
Тихо шумит камыш
У ног твоего-моего сомнения.
Как зыбко...
Твоя улыбка
словно камень летит
с обрыва сердца,
падает в ноги...
Кровавое скерцо.
Глаз лазурит.
И пустота...
Пусто... Та
будет, я же не буду.
Не будет чуда.
Ушел.

17:44 

19 жніўня 2013 года

Я дома. Прывітаньне, каханая Беларусь... І ўсе ізноў, падаецца, зьдзяйсьняецца як нельга нелепей. Добра, калі ўсе атрымаецца. Трохі горш, калі не ўсё атрымаецца, але ж і тады можно дыхаць вольным паветрам і жыць далей...
Але ж, падаецца, я ўсё йшчэ баюся. Баюся жыцьця, баюся, што не ўсё будзе так, як хочацца, што не прымуць, што заганьбяць ды засаромеюць, што ўвесь сьвет будзе супраць і гэтак далей і да таго падобнае... Ўсё гэтае я пералічваю ў спадзёўцы, што пазбаўлюся... Магчыма, сапраўды варта зьвернуцца да Яўгена за сэансам псіхалёгіі?.. Але гэта пазьней. І правы, і шматлікія курсы, і ўсё ў сусьвеце... А зараз трэба заняцца перакладамі, разважаньнямі, самаадукацыяй і чым-небудзь іньшым. Але толькі не гульнёй у "Герояў". Якую я напроста зараз выдалю.

09:08 

Перевод

Смысл жизни. Восприятие и постижение жизни
10 сентября 2006 года в последний день буддийской ассамблеи «中元普度» в западном дворике монастыря Лунцюань Досточтимый Мастер Сюэчен провел церемонию принятия прибежища и прочитал наставление на тему "Смысл жизни", открыв цикл лекций монастыря Лунцюань о системе преобразования жизни.

I. Жизненный путь.
Вы прибыли в монастырь, чтобы, постигая учение Будды, бороться с собственными дурными наклонностями и недостатками, и, совершенствуя себя в соответствии с учением, наконец, обрести совершенные мудрость и добродетель и достигнуть состояния Будды. Эта практика - длительный процесс, занимающий множество времени. Первым шагом в практике Буддизма является принятие Прибежища в Трех Драгоценностях и Обетов.
Какова же взаимосвязь между принятием принятием Прибежища и Обетов и практикой Буддизма?


В чем состоит связь между обращением прибежищу к трем драгоценности, принятием заповедей, и работой над собой? постриг?
Давайте подумаем, как каждый из нас появился на свет? Для чего живет? «Как появился на свет» - это причина нашего появления на этом свете. А после нашего появления на свет, ради чего мы живем? Именно эти вопросы – в чем причина появления на свет, в чем цель жизни в этом мире – и являются теми вопросами, которые должны нас заботить, над которыми мы, буддисты, должны думать, и пытаться решить для себя.
До того, как мы вверили себя благодати Будды, мы жили в миру, в светском обществе. В этом обществе есть множество стандартов и ценностей, способов жить. Когда мы жили в светском обществе, иногда мы чувствовали страдание, иногда – радость, а в большинстве случаев – страдание с примесью радости или радость с оттенком страдания, страдания и радости чередуются, но радости всегда меньше, чем страдания. В монастыре мы как раз и должны решить вопрос: как сделать так, чтобы радость могла продолжаться долго, а страдания постепенно ослабевали, становились короче и в конце концов исчезли вовсе.
Вверить себя благодати Будды – значит найти опору и убежище. Какого рода опору и убежище? Опору на три сокровища. Например, если произошло стихийное бедствие – ураган, землятресение, пожар – и у вас не осталось ни дома, ни еды, ни денег. Как мы поступим? Нужно искать опору и поддержку в родственниках и друзьях, искать у них прибежища, просить помощи и защиты у других людей. Так в реальной повседневной? жизни, когда мы сталкиваемся с трудностями и проблемами на материальном уровне, нам требуется помощь других людей. Решения же нашим духовным проблемам - переживаниям, карме, страданиям, - найти в обществе не получается, нет способа их разрешения, нет ответа, мы не можем найти людей, которые помогли бы нам решить эти вопросы, а в храме три сокровища буддизма как раз и должны помочь нам разрешить эти вопросы. Вот уже более двух тысяч лет, сколько людей нашло за это время прибежище в буддийских монастырях, в учении буддизма! Сколько людей освободились от страдания и смогли раскрыть смысл своей жизни в наиболее полной степени!
二、добро и зло
Мы родились на этот свет в человеческом теле, имеем человеческий облик, тело из плоти и крови, органы чувств и имя, которое нам дали родители. Человеческое тело само по себе ни в чем не виновато, неверно то, что наше тело совершает неверные, дурные поступки. Когда мы поступаем дурно, неверно, это приносит неприятности, проблемы, страдание другим людям, которые связаны с нами напрямую и опосредованно. И наоборот, если мы используем свое тело, свои руки, глаза, уши, рот, чтобы говорить хорошие, правильные вещи, идти по верному пути, делать добрые дела, мы сможем принести пользу и радость очень многим людям. Почему же мы можем совершать такие разные поступки? Одни поступки неверные, злые, другие правильные, добрые, одни приносят людям пользу, а другие вред. Причина этого в нашем сердце, в нашей душе.

Если в мире есть благородный человек, который много сделал для страны и народа, мы часто говорим, что это человек очень благородный и ведет себя морально, а поступки его праведны. В буддизме, если делать другим много хорошего, это называется творить добро, а соврешать плохие поступки – значит творить зло. Доброе поведение ведет к формированию хорошей кармы, а злое – к формированию плохой кармы. Доброе поведение приносит радость самому человеку и другим людям, а злое поведение несет страдание себе и другим.
В миру мы часто сталкиваемся с представлениями, которые на первый взгляд кажутся истинными, а на самом деле ложны, и принимаем их – о том, что если мы будем помогать другим и приносить им пользу, то сами останемся в убытке, что приносить пользу другим и заботиться о них неверно и ненужно. В буддизме наоборот – он учит нас, что приносить другим пользу и помогать им хорошо и необходимо, это добро и может принести радость. Мирской подход говорит нам, что если не помогать другим, не приностить им пользу, это может принести человеку радость, а в буддизме наоборот – радость можно получить, только если помогать другим, эти две позиции прямо противоположны.
Идея связи между причиной и следствиемсоответствие следствий причинам (воздаяний деяниям), закон соответствия переживаний содеянному в предыдущей жизни очень важна в буддизме. Как же нам сделать свой выбор? Мы выберем приносить другим пользу, помогать им или не приносить пользу другим и не помогать им? Дома, на работе, в обществе, мы часто боимся, что окажемся в убытке, часто стараемся выгадать в мелочах – это негодные, плохие представления. Откуда же у нас берутся такие представления? Почему мы так рассуждаем, так мыслим, принимаем такие решения? Мы сами не знаем, почему мы так поступаем, почему мы так живем. Причина того, что мы этого не знаем, в нас самих. В буддизме это называется непросветленность, состояние непросветленности
三、владение мыслью
1.три драгоценности—решение проблемы внутренного мира
Вы приехали в монастырь, чтобы разрешить проблемы в глубине души, которые вы сами не можете разрешить уже длительное время, найти в глубине души причину страданий. Мы должны найти эту причину, разрешить проблемы, которые глубоко в сердце, и вопросы, на которые мы не можем найти ответы. Почему же нам самим неизвестны досады и огорчения, заблуждения и страдания, страсти и искушения, которые есть в нашем сердце?

Те правила и представления, с которыми мы живем в миру – это закон мира. Они существуют в соответствии с истинной светского мира. А законы буддизма включают в себя как мирский закон, так и закон, превосходящие мира. В терминологии буддизма мирский закон называется «относительная истина», а превосходящий мир закон называется «житейная истина». Как же нам, опираясь на относительные истины, испытывать на себе абсолютную истинну? В этом и должно быть направление наших усилий и наша цель.
Мы родились на свет в человеческом теле, и это уже большая удача. Наше тело само по себе ни в чем не виновато, ошибочным бывает наше поведение, поторому что на него влияет лишение покоя. Чтобы избавиться от лишения покоя и сделать так, чтобы наше тело, слова и мысли не способствовали созданию плохой кармы, необходимо обратиться к трем сокровищам, это очень важно.
То, что сейчас мы все можем изучать буддизм, а монахи смогли уйти от мира, это все связано с Буддой Шакъямуни. Цель ухода от мира состоит в изучении буддизма. Учение буддизма пришло как озарение к Будде после многих жизней и калп самосовершенствования. Все вы приехали в монастырь с той же целью, что и монахи уходят от мира – с целью изучения буддизма. Чтобы изучать буддизм, необходимовверить себя [благости Будды] ипринять постриг; быть посвященным (в бонзы). Мы, наставники буддизма, вверяем себя благодати Будды и принимаем посвящение, и верующие в миру тоже должны вверить себя благодати Будды и принять посвящение. Мы одинаково вверяем себя благодати Будды – получаем опору в трех сокровищах. Но религиозные предписания, заповеди, правила жизни (для последователей буддизма) разные, у монахов их больше, они более строгие, а для мирян – более простые и мягкий, снисходительный. Но если мы не вверили себя благодати Будды и не приняли эти заповеди, мы не сможем принять буддизм, научиться ему. Это очень важные стандарт и граница.
После того, как мы вверили себя благодати Будды и обрели опору в трех сокровищах, мы должны жить и работать в соответствии с требованиями и учениями буддизма. Наши мысли должны быть увязаны с буддизмом, мы должны обдумывать проблемы, мы должны познавать проблемы в соответствии с буддизмом, говорить в соответствии с буддизмом, ходить по дорогам в соответствии с буддизмом, действовать в соответствии с буддизмом. Другими словами, когда мы говорим, нужно сначала подумать, как и что было бы правильно сказать в соответствии с буддизмом, когда мы что-то делаем, тоже нужно подумать, не нарушит ли это законов буддизма, когда мы идем по дороге, нужно думать, не задавим ли мы каких-нибудь муравьев, насекомых или червячков. Подходят ли нам те места, в которые мы ходим, приносят ли они пользу нашему поведению и мыслям. Обо всем этом нужно думать.
2. Принятие заповедей—начало всех заслуг(добродетель?)
Если мы принялипервые восемь заповедей, приняли пять заповедей, или даже заповеди бодхиссатвы для мирян, то влечет за собой множество добрых результатов и смысла. Почему так происходит? Потому что после принятия заповедей, мы получаем такую добродетель благодаря всем живым существам и трем драгоценностям. В одном и том же добром поступке, добродетель по мирским законам и по по законам буддизма, не одинакова. Если творить добро в мире, то смысл каждого дела остается смыслом этого дела, а если творить добро в буддизме, то смысл сразу меняется, и его влияние становится очень глубоким.
Если объяснять на примере, то представьте себе, что вы художник, нарисовали картину и подарили ее простому человеку. Он не представляет себе ее ценности, и, получив в подарок, возможно, даже выбросит ее. А если вы подарите картину председателю, все будет по-другому, и смысл и характер тех же самых действий будет совсем другим. Председатель страны представляет собой весь народ страны, например, Китайский председатель представляет весь народ Китая, больше миллиарда человек, и если подарить картину ему, заслуга, конечно, будет намного больше.
В действующем буддийском монастыре все тем более так, каждое дело, которое вы сделаете, каждый поступок, все идет из глубины души сердца, это то, что мы сами хотим сделать, чтобы набрать необходимые для добродетели и мудрости. Это не то же самое, как когда мы делаем что-то в миру.
В миру, например, у вас есть профессия занятие, и вы им занимаетесь ради того, чтобы прожить и сделать так, чтобы вам и вашей семье жилось получше. Если вы преуспеваете в своей профессии, то получаете более высокий пост, возможно, даже начнете свое дело. Чтобы создать свой проект, необходимо всего лишь раскрыть скрытые возможности и таланты, проявить их. А когда эти таланты проявятся, будет ли в этом польза или вред для общества, для окружающих и для вас самих, это уже трудно сказать. В буддизме все иначе – он ведет нас к тому, чтобы с одной стороны, скрытые возможности нашей жизни проявились во всей полноте, и в то же время, чтобы в этом была польза для вас самих и для всех окружающих, чтобы вы сами и окружающие немедленно, сейчас, и в будущем, и в более далеком будущем могли стать счастливы. Таким образом, и отправная точка, и конечная цели различаются очень сильно.
四、влияние окружающей обстановки на людей
Мы приехали в храм в качестве добровольцев и сделали много грязной, тяжелой и утомительной работы, но все работали очень радостно, с все большим интересом и радостью, в другой обстановке, возможно, этого и не могло бы произойти. Очень многие не хотят сами заниматься работой по дому, нанимают помощниц по хозяйству или кого-то еще, чтобы им помочь. Почему же у себя дома или на работе эта способность не проявляется, а в монастыре проявляется? Почему один и тот же человек в разных обстоятельствах обстановках окружении может вести себя настолько по-разному, как два разных человека? В этом проявляется важность влияния окружения на человека. Монастырь – это спокойная, чистая и драгоценная земля. И она может очищать наши сердца от лишения покоя.
Как, например, если бы мы были в месте, где недостаточно кислорода, например, в Гималаях, дышать было бы очень трудно, мы находились бы при последнем издыхании, пришлось бы использовать кислородные подушки. А когда вы попадаете в место, находящееся невысоко над уровнем моря, к вам немедленно возвращается жизнь и психическое состояние тоже приходит в норму. Это показывает важность окружения обстановки для человека.
Вы приехали в монастырь для изучения буддизма и, конечно, почувствуете, как буддизм вам помогает, накопите собственный опыт понимания буддизма. Мы постепенно сможем почувстовать, понять, что же такое буддизм и понемногу начнем в него верить, и найдем в нем прибежище. Это очень важно.
五、 исходная установка
1.исходная установка
Некоторые люди приезжают в монастырь для изучения буддизма, но как будто не продвигаются вперед в деле самосовершенствования, как будто их изучение неосознанно, туманно, и чем дольше они им занимаются, тем меньше им этого хочется, и буддизм как будто становится от них все дальше. В чем же тут дело? Основная причина в том, что они забыли о своем исходной установке. Когда мы достигли определенного этапа в изучении буддизма, и поучаствовали во многих ассамблеях, мы часто забываем о своем исходной установке. Исходная установка очень важна, это главная причина, по которой вы обратились к прибежищу и изучаете буддизм. Если вы забыли основную причину, по которой вы обратились к прибежищу и изучаете буддизм, то в наших действиях трудно увидеть смысл. А если в действиях нет смысла, то и результат хорошим быть не может.
В буддизме очень важное значение придается исходной установке. У вас побуждение к покою, или отдаленность от него. Вы стремитесь к доброте, или к злу. У вас раздробленность или в сердце полно заповедей, сосредоточение и мудрость. Их смысл будет принципиально разным.
Например, если студент ходит в институт, но не занимается хорошенько, с усердием и прилежанием, то даже если он будет ходить туда каждый день, в конце концов оценки будут плохими. Когда мы ходим в институт, мы должны сами стараться, проявлять усердие, найти себе хорошего преподавателя и аккуратно выполнять его требования, делать домашнее задание, и только тогда результат будет хорошим. А если в институт мы ходим, но не занимаемся усердно в соответствии с требованиями преподавателя, не исправляем тщательно ошибки, на которые указал преподаватель, то тот факт, что мы день за днем ходим в институт, – не более, чем видимость. Те, кто учится уже давно, часто совершают эту ошибку.
Иногда и мы говорим: мы приезжаем в храм, чтобы накопить необходимые для хорошенько изучения буддизма, работы над собой. В этот момент наше понимание носит чисто теоретический характер, а на самом деле наше сердце, наше ощущение уже очень сильно отличается от того ощущения, с которым мы в первый день пришли в монастырь.
2.ревность и гордость
Буддизм учит нас, что вверить себя благодати Будды, обратиться к прибежищу и встать на путь самосовершеноствования необходимо со всей глубиной чувств, искренностью, сердечностью, и работать над собой надо очень старательно – лишь тогда можно будет получить контакт и диалог с бодхиссатвой. Если мы не можем искренно, уважительно, со всей глубиной чувств усердно учиться, молиться, работать над собой, это значит, что наше внимание рассеянно, мы впали в гордыню, наше сердце колебается на вышее, завидем, мы сравниваем, комметируем, лишаем покоя. Если эти проблемы не разрешены, они препятствуют тому, чтобы мы в монастыре слушали каноны и изучали буддизм, делают нас неспособными обдумывать вопросы и делать выбор в соответствии с учением буддизма, мы не можем принять услышанное в своем сердце, то есть ставим препятствие сами себе.
Нам свойственно совершать много ошибок, но наиболее частые – это зависть и гордость. Особенность гордости состоит в том, что мы смотрим на других людей, как если бы мы были выше их, а зависти – как если бы мы были ниже них. Если мы смотрим на других снизу, нам кажется, что все вокруг во всем лучше нас. В том, что другие во всем лучше тебя, нет проблемы как таковой, но если вы видите, что другие старательно работают над собой, имеют возможности, богатство, добродетели, им сопутствует успех в делах и в семейной жизни и испытываете от этого огорчение, досаду, горечь, то это и называется завистью, и вот в этом есть проблема.
Что же такое гордыня? Когда нам удалось сделать чуть больше, чем другим, и начинаем считать, что им с нами не сравниться, мы сделали получше и начинаем думать о том, что другие недотягивают до нашего уровня, мы оказались немного умнее других и сразу начинаем считать их глупцами, у нас больше способностей и мы начинаем презирать других, считать их отстающими, у нас выше культурный уровень и мы начинаем считать других неучами, у нас больше сил и мы считаем другим слабыми и неспособными. И так во всем, мы не можем достичь равновесия в душе, мы не можем бесстрастием оценивать себя, бестрастием относиться к другим людям и делам, изучать буддизм.
Издревне великие монахи и основатели говорили, что «бесстрастие – это путь». Это значит смочь по-настоящему узнать свое сердце, в каком оно состоянии, какие в нем есть проблемы, и увидеть это ясно и отчетливо, а не свысока или снизу. Все внешние проблемы на самом деле являются проблемами в нашем сердце. Некоторые проблемы – теперешние, и мы не можем их понять, потому что нам не хватает мудрости, и сильна прегражность от истинны. Некоторые проблемы являются наследством и продолжением прежних жизней, они накоплены еще в прошлом и ставят преграды в вашем сердце, препятствуют доброте, внутреннему покою, торжественности. Как же быть? Чтобы избавиться от этих проблем и бремени, надо раскаяться.
六、воля и мудрость
Если мы хотим измениться, превратить свое неправильное, не соответствующее требованиям буддизма поведение в правильное, злое в доброе, перестать приносить другим вред и начать приносить пользу, на что мы можем опереться? Нужно опираться на мудрость и волю.
Люди в миру, получив профессию, должны выполнять свои рабочие обязанности, а вопросы о том, добро это или зло, истина или ложь, вредит или помогает им самим, их компании, другим людям, отходят на второй план. В буддизме все иначе, на первое место ставится то, что приносит пользу людям, и в том числе и себе, и всем. Мотив ставится на первое место, он должен пронизывать все поведение человека от начала до конца. В обществе мы опираемся на профессию, собственное дело, а на что мы опираемся в буддизме? На мудрость и силу желания. Мудрость определяет наш успех или поражение. Если мудрости достаточно, хватает, то нас ждет успех, вероятность этого очень велика, а если не хватает мудрости, то и вероятность успеха мала, и результат будет маленьким.
Что же определяет сила желания? Она определяет ваши начало и конец. Например, если мы выидем на уровень бодхи, то что мы сейчас можем выйти на уровень бодхи, происходит благодаря тому, что на протяжении многих прошлых жизней мы исходили их бодхи, поэтому сейчас это дается легко, нужно только постоянно напоминать себе, постоянно призывать себя к усердию, сделать так, чтобы сердце бодхи продолжалось, не забывать, и постепенно станем буддой. Если раньше мы не исходили из бодхи, то мы начнем сейчас выходить на уровень бодхи. Это сердце бодхи пронизывает все от начала до конца, очень важно. В этом и состоит воля человека, и начало, и конец, все определяется волей. Если у вас нет сил, нет сил совершенствоваться, нет сил, чтобы делать дела, в жизни нет радости, причина в том, что у вас нет воли, нет сил, которое она дает. Только если у человека есть воля, он сможет преодолеть самые разные трудности, решить самые разные проблемы, противостоять своим беспокойствам и темным сторонам своей души. Если нет воли, в душе не будет сил.
Если нет мудрости, одной воли недостаточно. Наша воля – это стремление сделать какое-то дело, обязательно довести его до конца и сделать хорошо, но после того, как у нас возникло это воля, нужно действовать в соответствии с мудростью. Мудрость подскажет нам, как лучше его делать, и что нужно, чтобы сделать его хорошо. Откуда берется мудрость? От изучения буддизма. Как изучать буддизм? Нужно опираться на заповеди, нужно обратиться к прибежищу, поэтому все происходит постепенно.
七、самопревосхождение
В монастыре вы сделали много дел, накопили множество необходимых. То, что вы пришли в монастырь, уже говорит о том, что у вас есть добрая душа, которая соединяет с учением Будды. если не хватает доброй души, соединяющую с учением Будды, человек не может найти это место. И наоборот, то, что вы прищли сюда, говорит о том, что у вас есть связь с учением буддизма, с тремя драгоценностями, ваша добрая душа уже проявилась, это значит, что в дальнейшем есть надежда.
Студенты, верующие и монахи, которые давно изучают буддизм и работают над собой, должны исходить их бодхи, и великой воли, должны постоянно работать над собой в деле изучения буддизма. А что делать людям, которые впервые соприкоснулись с буддизмом? Необходимо превосходить себя. Что это значит? Это значит превосходить мирского я. У «себя мирского» цели обычно недалекие и многие поступки неверны.
Я только что говорил о том, что если в человеке присутствует зависть или гордость, ему трудно приносить пользу другим людям. Как же быть? Необходимо преодоление, преодоление себя, а это очень трудно. Из-за того, что мы в своих делах руководствуемся неправильными представлениями, получается, что все неверное верно. Если хочешь преодолеть, освободиться, то необходимо над этим работать, преодолевать представление о себе как о центре всего. «Ставить себя в центр» - это значит постоянно думать о собственной выгоде, о своих проблемах, пренебрегать другими людьми, очень многими людьми, и это необходимо преодолеть. Преодолеть краткость и ограниченность человеческой жизни. Из-за отсутствия дальновидности, вы видите только сегодняшние дела, завтрашние дела, только те дела, которые совсем близко от нас, то есть вы видите нечетко. Преодоление ограниченности состоит в том, чтобы заботиться не только о себе или о своей семье или о коллегах по работе. Мы духовно и мыслительно органичены, наш способ мышления неверен – и это все требует превосхождения. Идею «превосхождение» нам всем достаточно просто понять и принять.
У каждого человека, общества, страны, организации есть своя история. Вся наша жизнь – это и есть наша история, история нашей организации – это история монастыря, буддизма, история каждой народности в нашей стране, путь каждого человека – это история страны. В этом процессе мы должны совершить немеркнущие подвиги, совершить дела, приносящие пользу всем, которые смогут быть приняты всеми, всем понравятся, принесут всем радость. Это будет хорошо не только для нас самих, но и для нашей организации, для нашей страны, почему же этого не сделать? Все наши проявления – приехали ли мы в монастырь, чтобы читать каноны, вместе готовить, вместе изучать и обсуждать учение Будды, общаться, подметать двор, и так далее, разговоры, поступки, то, как мы ходим, сидим и лежим, все это вместе, это процесс, это наша жизнь. Если все это записать, это и будет культура, история, это и будет наша жизнь. Мы должны в условиях ограниченности нашей жизни проявить безграничную ее ценность, в условиях ограниченности времени и пространства осуществить и завершить безграничное дело буддизма и собственной жизни. И это все, по крупинке, по капле, мы должны чувствовать, принимать и изучать.

16:27 

05 июля 2013 г.

Итак, худшие опасения бываются?.. Я опять без работы. Впрочем, от меня хорошо отплатились, так что я могу отправляться в путь. Вот только попытаю счастья на еще одном месте... Быть может, удастся задержаться.
И чтобы не забыть: www.riding-vacations.info/job-market/job-europe...
Пора писать маршрут...

Видела горы... Едва запомнились. Но маленькие бодающиеся козочки были потешны.

Так вот какие гусеницы на ощупь...

08:18 

02 июля 2013 г.

Удивительное солнечное утро... Хочется жить, хочется дышать. Поднялась легко даже после тренировки, ночного дождя и слишком короткого сна...

Лежала, смотрела на облака. Как же давно я этого не делала... Какое счастье - жить.

В Китае, оказывается, находится самый высокий водопад в Азии. И множество других прекрасных водопадов... Сколько месяцев мне понадобится, чтобы объездить Китай?..

Почему бы не начитать что-нибудь об Айкидо?.. Кажется, таких аудиокниг нет. Вот только не с больным горлом.

William Shekaspeare "King Lear"

19:27 

01 июля 2013 г.

Первое занятие Айкидо... Надеюсь, эти ребята станут мне братьями. Понимание. Обретение нового смысла. Ты воин. Ты можешь проснуться.
Впрочем, пока реакции недостаточно... Нужно чувствовать, нужно жить.

Уехал ли таксист? Как буду добираться? Но буду.

Встреча и беседа с Йонг Цзоу. Близость, невыразимая близость... Хороший. И согласился приютить Баньши.

Дегустация несладких сладостей с Наной. Какая же она милая... Спасибо за прекрасный день.

И - поцелуй. Самый лучший в моей жизни. Статуя Гуаньинь.

Благодарю тебя, мир, за этот день...

17:12 

30 июня 2013 г.

Вот и заканчивается первый месяц лета... Итоги: в целом, ничего не закончено. Все так же канает неопределенность.

Сегодня веселый поваренок сказал: благослови тебя Будда! Сказал, что Будда позволил мне приехать в Китай, потому что у меня хорошая карма. Да будет так...

Завтра первое занятие Айкидо... И предисловием: Гуванфу, храмы, парки...

Подарила хоть одну книгу. Не книгу, брошюрку... Пусть так. Хорошо...

Перепишу сюжет:

"Парни ходят по домам, расстреливают. Один из них, молоденький филосов, с первого взгляда влюбляется в девушку, становится перед дулами винтовок, убеждает оставить ее в покое, так как она не от мира сего, война не про нее, она святая, и в глазах ее вечность. Ее оставляют в живых, парень остается на распутье - что делать со спасенной любовью?"

Кажется примитивным, но не события главное. Главное - чувствовать...

Может, отыщу завтра карту Китая - начну вырисовывать маршрут. Скутер придется, похоже, покупать со следующей зарплаты. Но - как знать?..

Пыталась придумать концовку "Людзям на балоце" Мележа, да так и не смогла... Не мои персонажи. Хоть потопи их всех в болоте...

Спать. Голова пустая. Пустое перечисление событий.

Спасибо сестре за письмо из Италии и прекрасной музыке "Yoshida Brothers"...

Когда же я смогу рассеять тьму загнанности в своем сердце?.. Когда же начну дышать спокойно, размерянно, полной грудью?.. Будто бы сердце в непрекращающихся спазмах... Как разжать, выпустить, распустить крылья, обвитые тревогой и болью?..

14:58 

29 июня 2013 г.

День едва начался, еще нет восьми утра, но я уже многое могу записать в дневник. Хотя бы несколько слов о решении вести дневник.

Проснулась не под щебет птиц, как писала кому-то в письме, а под хрипы задираемого у меня на постели воробья. Кажется, пока я не проснулась, мне снилось, что это Гончжу пьет коктейль через трубочку... Если бы я и проснулась раньше, спасать воробья с оторванным крылом было бы уже ни к чему.

Проснулась рано, но подняться на утреннюю тренировку так и не смогла. Когда же у меня будет достаточно силы воли?..

Затылок, плечи блудного сына напомнили затылок и плечи Сенсея - такой же мужественный, сильный, упрямый. Жду занятий Айкидо... Если этот мягкий голос не обманул меня, остаться бы. Получить хотя бы четвертый кю... прочитать книги, выучить китайский, собрать денег. А после - Китай, Внутренняя Монголия, пять гор, Тибет, Лаос, Непал, Индия... Только бы, только бы... Найти в себе силы. Только бы не обманули.

19:47 

Дзюн Таками

Поздно ночью
деревья собираются в дорогу,
в тайном сговоре
долго-долго собираются в дорогу,
почти каждую ночь собираются в дорогу,
крепко врастая корнями в землю.

Куда они пойдут?
Не знают и не желают знать.
Уйти - желание всей их жизни.
И этой ночью
деревья собираются в дорогу,
Тайно, с дрожью в руках, собираются в дорогу.

20:57 

Юрий Левитанский

Каждый выбирает для себя
Женщину, религию, дорогу.
Дьяволу служить или пророку,
Каждый выбирает для себя.

Каждый выбирает по себе
Слово для любви и для молитвы.
Шпагу для дуэли, меч для битвы
Каждый выбирает для себя.

Каждый выбирает по себе
Щит и латы, посох да заплаты.
Меру окончательной расплаты
Каждый выбирает по себе.

Каждый выбирает для себя.
Выбираю тоже, как умею.
Ни к кому претензий не имею.
Каждый выбирает для себя.

20:51 

Анна Ахматова

Сжала руки под тёмной вуалью...
"Отчего ты сегодня бледна?"
- Оттого, что я терпкой печалью
Напоила его допьяна.

Как забуду? Он вышел, шатаясь,
Искривился мучительно рот...
Я сбежала, перил не касаясь,
Я бежала за ним до ворот.

Задыхаясь, я крикнула: "Шутка
Всё, что было. Уйдешь, я умру."
Улыбнулся спокойно и жутко
И сказал мне: "Не стой на ветру".

20:45 

Белла Ахмадулина

Я не хочу Вас оскорбить письмом.
Я глуп (зачеркнуто)... Я так неловок
(зачеркнуто)... Я оскудел умом.
Не молод я (зачеркнуто)... Я молод,
но Ваш отъезд к печальному концу
судьбы приравниваю. Сердцу тесно
(зачеркнуто)... Кокетство Вам к лицу
(зачеркнуто)... Вам не к лицу кокетство.
Когда я вижу Вас, я всякий раз
смешон, подавлен, неумён, но верьте
тому, что я (зачеркнуто)... что Вас,
о, как я Вас (зачеркнуто навеки)...

18:55 

Славой Жижек

Что бы могло быть моей, как бы это назвать, спонтанной позицией по отношению ко вселенной? Это нечто очень смутное.
Первый тезис можно предложить такой: на самом деле ничего нет. То есть буквально. В конце концов, есть просто какие-то фрагменты, какие-то исчезащие вещи. Если Вы смотрите на вселенную, это одно большое пустое место. Но как тогда появляются вещи? Здесь, я считаю, есть сходство с квантовой физикой, где, как Вы знаете, присутствует идея о том, что вселенная - это пустое место, но положительно заряженное. И отдельные вещи появляются тогда, когда баланс пустоты нарушен. Мне очень нравится эта идея спонтанности, что не просто ничего нет. Вещи существуют, и это значит, что что-то пошло крайне неправильно. Что то, что мы называем творением, - это нечто вроде нарушения равновесия, космической катастрофы, что вещи существуют по недоразумению. И я даже готов пойти до конца и заявить, что единственный способ сопротивляться этому - это взять ответственность за недоразумение на себя и пойти до конца. И у нас есть имя для этого. Это называется любовью. Разве любовь не есть разновидность нарушения космического равновесия? Меня всегда возмущала эта идея вселенской любви. "Я люблю весь мир". Мне не нравится мир. Я не знаю, почему... По существу, я где-то между "Я ненавижу этот мир" и "Я безразличен к нему". Но вся реальность, она просто существует. Это глупо, но она просто есть. И мне это безразлично. Любовь для меня - в высшей степени насильственный акт. Любовь не есть "Я люблю тебя целиком". Любовь означает: "Я выбираю что-то", а это снова то самое нарушение равновесия. Даже если это что-то - просто маленькая деталь, хрупкая единичная личность. Я говорю: "Я люблю тебя больше, чем что-либо еще". В этом достаточно формальном смысле любовь есть зло.

20:41 

Wim Wenders "Land of Plenty"

Winners never quit. Quitters never win.

Better have pains of peace than agonies of war.

My home is not a place. It is people.

14:53 

Николай Степанович Гумилёв

В моём бреду одна меня томит
Каких-то острых линий бесконечность,
И непрерывно колокол звонит,
Как бой часов отзванивал бы вечность.

Мне кажется, что после смерти так
С мучительной надеждой воскресенья
Глаза вперяются в окрестный мрак,
Ища давно знакомые виденья.

Но в океане первозданной мглы
Нет голосов, и нет травы зелёной,
А только кубы, ромбы, да углы,
Да злые, нескончаемые звоны.

О, хоть бы сон настиг меня скорей!
Уйти бы, как на праздник примиренья,
На жёлтые пески седых морей,
Считать большие, бурые каменья.

09:56 

Уладзімер Караткевіч

Рабі нечаканаче, рабі, як не бывае, рабі, як ня робіць ніхто, - і тады пераможаш. Нават калі ты слабы, як камар пасярод варожага мора. Таму што только дурні развачаюць заўседы па правілах здаровага сэнсу. Таму што чалавек толькі тады чалавек, калі ен дерзка рве панылае наканаваньне й плюе на "спрадвечны" закон!

20:57 

Сергей Есенин

Друг мой, друг мой,
Я очень и очень болен.
Сам не знаю, откуда взялась эта боль.
То ли ветер свистит
Над пустым и безлюдным полем,
То ль, как рощу в сентябрь,
Осыпает мозги алкоголь.

Голова моя машет ушами,
Как крыльями птица.
Ей на шее ноги
Маячить больше невмочь.
Черный человек,
Черный, черный,
Черный человек
На кровать ко мне садится,
Черный человек
Спать не дает мне всю ночь.

Черный человек
Водит пальцем по мерзкой книге
И, гнусавя надо мной,
Как над усопшим монах,
Читает мне жизнь
Какого-то прохвоста и забулдыги,
Нагоняя на душу тоску и страх.
Черный человек
Черный, черный!

"Слушай, слушай,
- Бормочет он мне, -
В книге много прекраснейших
Мыслей и планов.
Этот человек
Проживал в стране
Самых отвратительных
Громил и шарлатанов.

В декабре в той стране
Снег до дьявола чист,
И метели заводят
Веселые прялки.
Был человек тот авантюрист,
Но самой высокой
И лучшей марки.

Был он изящен,
К тому ж поэт,
Хоть с небольшой,
Но ухватистой силою,
И какую-то женщину,
Сорока с лишним лет,
Называл скверной девочкой
И своею милою.

Счастье, - говорил он, -
Есть ловкость ума и рук.
Все неловкие души
За несчастных всегда известны.
Это ничего,
Что много мук
Приносят изломанные
И лживые жесты.

В грозы, в бури,
В житейскую стынь,
При тяжелых утратах
И когда тебе грустно,
Казаться улыбчивым и простым -
Самое высшее в мире искусство".

"Черный человек!
Ты не смеешь этого!
Ты ведь не на службе
Живешь водолазовой.
Что мне до жизни
Скандального поэта.
Пожалуйста, другим
Читай и рассказывай".

Черный человек
Глядит на меня в упор.
И глаза покрываются
Голубой блевотой, -
Словно хочет сказать мне,
Что я жулик и вор,
Так бесстыдно и нагло
Обокравший кого-то.
. . . . . . . . . . . .
Друг мой, друг мой,
Я очень и очень болен.
Сам не знаю, откуда взялась эта боль.
То ли ветер свистит
Над пустым и безлюдным полем,
То ль, как рощу в сентябрь,
Осыпает мозги алкоголь.

Ночь морозная.
Тих покой перекрестка.
Я один у окошка,
Ни гостя, ни друга не жду.
Вся равнина покрыта
Сыпучей и мягкой известкой,
И деревья, как всадники,
Съехались в нашем саду.

Где-то плачет
Ночная зловещая птица.
Деревянные всадники
Сеют копытливый стук.
Вот опять этот черный
На кресло мое садится,
Приподняв свой цилиндр
И откинув небрежно сюртук.

"Слушай, слушай! -
Хрипит он, смотря мне в лицо,
Сам все ближе
И ближе клонится. -
Я не видел, чтоб кто-нибудь
Из подлецов
Так ненужно и глупо
Страдал бессонницей.

Ах, положим, ошибся!
Ведь нынче луна.
Что же нужно еще
Напоенному дремой мирику?
Может, с толстыми ляжками
Тайно придет "она",
И ты будешь читать
Свою дохлую томную лирику?

Ах, люблю я поэтов!
Забавный народ.
В них всегда нахожу я
Историю, сердцу знакомую, -
Как прыщавой курсистке
Длинноволосый урод
Говорит о мирах,
Половой истекая истомою.

Не знаю, не помню,
В одном селе,
Может, в Калуге,
А может, в Рязани,
Жил мальчик
В простой крестьянской семье,
Желтоволосый,
С голубыми глазами...

И вот стал он взрослым,
К тому ж поэт,
Хоть с небольшой,
Но ухватистой силою,
И какую-то женщину,
Сорока с лишним лет,
Называл скверной девочкой
И своею милою"

"Черный человек!
Ты прескверный гость.
Это слава давно
Про тебя разносится".
Я взбешен, разъярен,
И летит моя трость
Прямо к морде его,
В переносицу...
. . . . . . . . . . . . .
...Месяц умер,
Синеет в окошко рассвет.
Ах ты, ночь!
Что ты, ночь, наковеркала?
Я в цилиндре стою.
Никого со мной нет.
Я один...
И разбитое зеркало...

1925

13:58 

Роберт Рождественский

Будь, пожалуйста,
послабее.
Будь,
пожалуйста.
И тогда подарю тебе я
чудо
запросто.
И тогда я вымахну —
вырасту,
стану особенным.
Из горящего дома вынесу
тебя,
сонную.
Я решусь на все неизвестное,
на все безрассудное —
в море брошусь,
густое,
зловещее,
и спасу тебя!..
Это будет сердцем велено мне,
сердцем
велено...
Но ведь ты же
сильнее меня,
сильней
и уверенней!
Ты сама
готова спасти других
от уныния тяжкого,
ты сама не боишься
ни свиста пурги,
ни огня хрустящего.
Не заблудишься,
не утонешь,
зла
не накопишь
Не заплачешь
и не застонешь,
если захочешь.
Станешь плавной
и станешь ветреной,
если захочешь...
Мне с тобою —
такой уверенной —
трудно
очень.
Хоть нарочно,
хоть на мгновенье —
я прошу,
робея, —
помоги мне
в себя поверить,
стань
слабее.

Роберт Рождественский

15:05 

Антуан де Сент-Экзюпери. Надо придать смысл человеческой жизни

Перевод: С французского Ю. А. Гинзбург
Несхожими словами мы выражаем одни и те же стремления. Человеческое достоинство, хлеб для наших братьев. Мы различаемся по способу достижения цели, определяемому логикой наших рассуждений, а не по самой цели. Мы идем на войну друг против друга по направлению к одной и той же земле обетованной.
Чтобы понять это, достаточно взглянуть на нас со стороны. Тогда окажется, что мы воюем против самих себя. А наши споры, распри, обиды - это словно единое тело корчится и раздирается пополам в кровавых родовых муках. В том, что должно появиться на свет, противоречивые представления сольются, но поторопимся ковать новую цельность. Родам надо помочь, иначе исход может оказаться смертельным. Не забудем, что сегодня война питается минами и ипритом. Военная страда теперь уже не препоручается каким-то представителям нации, которые пожинают лавры на границе и более или менее дорогой ценой приумножают (готов признать) духовное достояние народа. Война теперь действует хирургическими приемами насекомого, прокусывающего нервные узлы врага. Как только война будет объявлена, наши вокзалы, мосты, заводы взлетят на воздух. Наши города в судорогах удушья разбросают своих жителей по деревням. И с первого же часа Европа, этот организм из двухсот миллионов человек, лишится своей нервной системы, словно ее сожжет кислотой, своих управляющих центров, регулирующих желез, кровеносных сосудов; она превратится в сплошную раковую опухоль и сразу же начнет гнить. Как прокормить эти двести миллионов человек? Корешков в достаточном количестве им никогда не накопать...
Когда противоречия становятся столь остры, нужно спешить их преодолевать. Нет ничего сильнее смутного беспокойства, ищущего для себя выражения. Можно дать на мучащие человека вопросы ответ получше, чем война, но отрицать их бесполезно. Попробуйте прокричать, какие у вас есть основания ненавидеть войну, тому сражавшемуся на юге Марокко офицеру (я его знаю, но имени не назову, чтобы не причинить ему неприятностей). Если вы его не убедите, не считайте его варваром. Послушайте сначала этот рассказ.
Во время Рифской войны(2) он командовал небольшой заставой, примостившейся между двух мятежных гор. Однажды вечером он принимал парламентеров, спустившихся с западной гряды. Как положено, пили чай, и тут раздалась ружейная стрельба. На заставу напали племена восточной гряды. Когда офицер попросил парламентеров уйти, чтобы не мешать бою, они ответили: "Сегодня мы твои гости, аллах не велит тебя покидать..." Они присоединились к его солдатам, спасли заставу и вернулись к мятежникам.
Но накануне того дня, когда пришел их черед нападать на заставу, они появились снова:
- В прошлый раз мы тебе помогли.
- Верно.
- Мы истратили для тебя триста патронов.
- Верно.
- По справедливости надо их нам вернуть.
И офицер-рыцарь не стал извлекать выгоду из их благородства. Он отдал им эти патроны, один из которых, может быть, его убьет...
Истина для человека - это то, что делает его человеком. Кто познал такую высоту отношений, такую честность в игре, такой дар взаимного уважения, оплачиваемого жизнью, - тот, сравнивая взлет души, что выпал ему на долю, с заурядностью демагога, выражающего чувство братства с теми же арабами звонким похлопыванием по плечу, ласкающего, может быть, самолюбие отдельной личности, но унижающего в ней человека, тот испытает к вам, если вы его осудите, только жалость, смешанную с презрением. И будет прав.
Не пытайтесь объяснять Мермозу(3), когда он, всем сердцем торжествуя победу, летит над чилийским склоном Анд, будто он ошибается, будто письмо какого-нибудь лавочника не стоит того, чтобы из-за него рисковать жизнью. Мермоз посмеется над вами. Истина - это человек, родившийся в нем, когда он пролетал над Андами...
Неужели вы не понимаете, что человеческое благородство основано прежде всего на самоотдаче, готовности рисковать, верности до самой смерти? Если вам нужен образец для подражания, вы найдете его в летчике, жертвующем собой ради почты, которую он везет, во враче, погибающем, сражаясь с эпидемией, в арабском воине, который на своем боевом верблюде спешит во главе отряда навстречу лишениям и одиночеству. Кто-то из них погибает каждый год. И даже если их жертвы кажутся бессмысленными, что же, вы думаете, их жизнь пропала даром? Они запечатлели прекрасный образ на первобытной глине, из которой мы сделаны, они посеяли семена даже в сознании малого ребенка, засыпающего Под легенды об их подвигах. Ничто не исчезает бесследно, и даже от огороженного стенами монастыря исходит свет.
Неужели вы не понимаете, что где-то мы сбились с пути? Человеческий муравейник стал богаче, чем прежде, у нас больше всяких благ и досуга, и все же нам не хватает чего-то существенного, чему трудно подыскать определение. Мы меньше ощущаем себя людьми, мы утратили какие-то таинственные привилегии.
Я разводил газелей на мысе Юби(4). Мы все там разводили газелей. Их держали в загородках на открытом воздухе, потому что газелям нужны потоки свежего ветра; газели - самое хрупкое, что есть на свете. Но если их изловить совсем маленькими, они все же живут в неволе и кормятся из ваших рук. Они дают себя погладить и тычутся влажными мордочками в вашу ладонь. И вы думаете, что приручили их. Вы думаете, что прогнали ту неведомую печаль, от которой газели тихо гаснут и умирают самой ласковой смертью... Но приходит день, когда вы застаете их упершимися рожками в изгородь и глядящими в сторону пустыни. Их влечет магнитом. Они не знают сами, что покидают вас; они пьют молоко, которое вы им приносите, позволяют себя гладить и еще нежнее тычутся мордочками в ваши ладони... Но как только вы отойдете, они, поскакав немного радостным галопом, снова возвращаются к изгороди. Если вы им не помешаете, они так и останутся там, даже не пытаясь сломать ограду, а только упираясь в нее рожками, опустив голову, пока не умрут. Что это - пора любви или просто жажда мчаться вприпрыжку до потери дыхания? Они не знают. Их поймали, когда у них еще глаза не открылись. Они ничего не знают ни о свободе в песках, ни о запахе самца. Но вы много умнее их. Вы знаете, чего они ищут: простора, который даст им возможность осуществиться. Они хотят стать газелями и танцевать свой танец. Они хотят познать бег по прямой со скоростью сто тридцать километров в час, перемежаемый внезапными скачками в сторону, словно из-под песка то тут, то там вырывается пламя. Разве их остановят шакалы, если истина газелей в том, чтобы испытывать страх, который один только может заставить их превзойти самих себя, проделать самые невероятные прыжки? Разве остановит их лев, если истина газелей в том, чтобы их раздирали когти под слепящим солнцем? Вы смотрите на них и думаете: они охвачены ностальгией... Ностальгия - это желание неизъяснимого. Предмет желаний существует, нет только слов, чтобы его назвать.
А мы - чего не хватает нам?
Что это за пространства, куда мы просим нас выпустить? Мы стараемся вырваться за пределы тюремных стен, растущих вокруг нас. Казалось, чтобы возвеличить нас, достаточно нас одеть, накормить, удовлетворить все наши потребности. И понемногу из нас лепили куртелиновского мелкого буржуа(5), провинциального политикана, узкого специалиста, лишенного всякой внутренней жизни. Вы мне возразите: "Нас учат, просвещают, больше чем когда-либо обогащают всеми завоеваниями разума". Но до чего жалкое представление о культуре духа у того, кто полагает, будто она зиждется на знании формул, на запоминании достигнутых результатов. Самый посредственный ученик Политехнической школы, кончивший курс последним, знает о природе и ее законах больше, чем Декарт, Паскаль и Ньютон. Но никогда ему в голову не придет такой поворот мысли, какие приходили в голову Декарту, Паскалю и Ньютону. Ибо у тех сначала воспитывали душу. Паскаль - это прежде всего стиль. Ньютон - это прежде всего человек. Он стал зеркалом вселенной - слушал, как говорят на одном языке зрелое яблоко, падающее в саду, и звезды июльской ночью. Для него наука была жизнью.
И вот мы с удивлением обнаруживаем, что нас обогащают какие-то загадочные обстоятельства. Мы можем дышать только тогда, когда связаны с другими общей, и притом надличной, целью. Сыновья века комфорта, мы испытываем несказанное блаженство, делясь в пустыне последними крошками. Тем из нас, кто познал великую радость взаимной выручки в Сахаре, все другие наслаждения кажутся пресными.
Тут нечему удивляться. Тот, кто не подозревал о существовании незнакомца, дремлющего в его душе, но однажды в кабачке анархистов, в Барселоне, почувствовал, как он пробуждается благодаря самопожертвованию, дружеской помощи, суровому понятию справедливости, - тот будет отныне признавать только одну истину: истину анархистов. А кто однажды постоит на часах, охраняя коленопреклоненных испуганных монашенок в испанских монастырях, - тот умрет за испанскую церковь.
Мы хотим освобождения. Кто бьет киркой, хочет знать, какой смысл в том, что он бьет киркой. Каторжник бьет киркой совсем не так, как изыскатель, которого удар киркой возвышает. Каторга не там, где бьют киркой. Дело вовсе не в физических трудностях. Каторга там, где бьют киркой бессмысленно, где удар киркой не связывает работающего со всем человечеством.
А мы хотим бежать с каторги.
В Европе двести миллионов человек, жизнь которых лишена смысла и которые хотели бы родиться на свет. Развитие промышленности оторвало их от наследственного крестьянского языка и заперло в огромных гетто, похожих на сортировочные станции, забитые составами из черных вагонов. В гуще рабочих предместий эти люди ждут пробуждения.
Есть и другие - жертвы всех профессий: им запретны радости Мермоза, радости верующего, ученого; а они тоже хотели бы родиться.
Конечно, можно их оживить, нарядив в мундиры. Они станут петь походные песни и делить хлеб по-братски. Они найдут то, чего ищут, - причащение к всеобщему. Но, отведав такого хлеба, они погибнут.
Можно откопать деревянных идолов и воскресить старые языки, которые с грехом пополам делали когда-то свое дело;
можно воскресить мистику пангерманизма или Римской империи(6). Можно одурманить немцев хмелем сознания, что они - немцы и соотечественники Бетховена. Таким хмелем можно и кочегару вскружить голову. Это, конечно, гораздо легче, чем пробудить в кочегаре Бетховена. Но демагогические идолы плотоядны. Тот, кто умирает за приумножение познаний или исцеление болезней, даже умирая, служит жизни. Можно умереть и за расширение границ Германии, или Италии, или Японии, но тогда враг - это уже не уравнение, сопротивляющееся решению, не бацилла, сопротивляющаяся сыворотке; враг - это человек рядом. С ним приходится сражаться, но о победе сегодня речи быть не может. Каждый укрывается за бетонными стенами. Каждый, не придумав ничего лучшего, ночь за ночью посылает эскадрильи бомбить самое нутро другого. Победа достается тому, кто сгниет последним, - поглядите на Испанию...
Что помогало нам родиться к жизни? Служение. Мы смутно ощущали, что человек может соединяться с человеком, только разделяя одни и те же устремления. Летчики сближаются, если идут на риск ради одной и той же почты. Альпинисты - если карабкаются к одной и той же вершине. Люди соединяются не тогда, когда тесно соприкасаются Друг с другом, а когда сливаются в одной вере. В мире, ставшем пустыней, мы испытываем жажду вновь обрести товарищей. Но для того, чтобы почувствовать тепло от плеч спутников, с которыми вместе бежишь к одной цели, война не нужна. Война нас обманывает. Ненависть ничего не прибавляет к экстазу бега.
Ибо для того, чтобы освободить нас, достаточно помочь нам осознать единую цель, связующую нас Друг с другом, и искать ее надо в общечеловеческом. Врач во время осмотра не обращает внимания на стоны того, кого выслушивает: помогая этому больному, он надеется исцелить человека. Врач говорит на общем для всех языке. Пилот почтового самолета мускулистой рукой управляется с болтанкой, и это каторжная работа. Но своим трудом он служит связям между людьми. Мощь его руки соединяет тех, кто любит Друг друга, кто мечтает о встрече:
этот пилот тоже частица всеобщего. И даже простой пастух, стерегущий овец под звездами, осознав свое назначение, обнаруживает, что он больше чем пастух. Он часовой. А каждый часовой в ответе за всю державу.
К чему обманывать кочегара, посылая его во имя Бетховена драться с соседом? Какая ложь! Ведь в том же краю Бетховена бросают в концентрационный лагерь, если он думает не так, как кочегар. У кочегара должна быть иная цель возвыситься до того, чтобы однажды заговорить, как Бетховен, на общем для всех языке.
Идя к осознанию вселенной, мы вернемся к самой сути человеческой судьбы. Не понимают этого только лавочники, удобно устроившиеся на берегу и не замечающие, как течет река. Но мироздание не стоит на месте. Из кипящей лавы, из звездного вещества рождается жизнь. Постепенно мы восходим
к тому, чтобы сочинять кантаты и взвешивать галактики. И сержант под снарядами знает, что генезис еще не завершен, что он должен продолжать восхождение. Жизнь движется к сознанию. Звездное вещество неторопливо вскармливает и растит самый благородный свой цветок.
Но велик даже тот пастух, что осознал себя часовым. Мы лишь тогда будем счастливы, когда начнем двигаться в нужном направлении - в том, по какому шли с самого начала, I только пробудившись из глины. Тогда мы сможем жить в мире, ибо то, что придает смысл жизни, придает смысл и смерти.
Как легка она под сенью провансальского кладбища, когда старый крестьянин в конце своего царствования вручает семейное достояние - коз и маслины - на хранение сыновьям, чтобы те в свой черед передали его сыновьям своих сыновей. В крестьянском роду умирают лишь наполовину. Жизнь каждого в свой срок лопается, как стручок, и выпускает на волю зерна.
Я как-то сидел бок о бок с тремя крестьянами у смертного одра их матери. Конечно, это было горько. Второй раз перерезалась пуповина. Второй раз развязывался узел, соединяющий одно поколение с другим. Трое сыновей понимали, что остались одни, что им надо всему учиться заново, что они лишились семейного стола, за которым собирались по праздникам, той точки, в которой они все сходились. Но я понимал также, что с этим разрывом второй раз дарилась жизнь. Сыновья в свой черед становились предводителями, полюсами притяжения, патриархами - до той поры, пока в свой черед не передадут престол выводку малышей, играющих во дворе.
Я смотрел на мать, старую крестьянку, с лицом спокойным и строгим, со сжатыми губами; лицо ее обратилось в каменную маску. И я узнавал в нем лица сыновей. В этой маске они были отлиты. В этом теле были отлиты их тела, прекрасные образцы человеческой породы; они держались прямо, как деревья. Теперь маска лежала разбитая - но так трескается крепкая скорлупа, из которой вылущили плод. Сыновья и дочери в свой черед будут отливать из своей плоти человеческий молодняк. На ферме не умирают. Мать умерла, да здравствует мать!
Горькая, да, но такая простая картина: этот род, оставляя на пути одного за другим своих прекрасных седоволосых покойников, шествует через все метаморфозы к неведомой истине.

ПРИМЕЧАНИЯ И КОММЕНТАРИИ
(1) Надо придать смысл человеческой жизни
Статья напечатана в "Пари-суар" 4 октября 1938 г. Ее текст позднее был в значительной части использован в книге "Планета людей".
(2) Рифская война - колониальная война Франции и Испании в Марокко в 1921-1926гг. против независимой республики, созданной племенами горной области Риф; закончилась разгромом Рифской республики.
(3) Мермоз Жан (1901-1936) - знаменитый французский летчик. Работая в авиакомпании "Аэропосталь", первым проложил почтовые авиалинии над Андами и через Атлантический океан между Францией и Южной Америкой. Пропал без вести во время одного из полетов.
(4) Юби (Джуби) - мыс на западном побережье Африки, на юге Марокко. В 1927-1929гг. Сент-Экзюпери работал начальником расположенного там промежуточного аэродрома на почтовой авиалинии.
(5) ...куртелиновского мелкого буржуа... - Имеются в виду персонажи сатирических произведений французского писателя Жоржа Куртелина (1858-1929).
(6) ..мистику пангерманизма или Римской империи. - Имеются в виду шовинистические лозунги "великой Германии" и "возрождения Римской империи", провозглашавшиеся официальной фашистской пропагандой в Германии и Италии.

Absit invidia verbo.

главная