Animasion
НЕМОЩНЫЙ СОСУД

Антикварная лавка располагалась на перекрестке. Перед входной дверью на тротуаре стояла фарфоровая статуя бодхисатвы Каннон ростом с двенадцатилетнюю девочку. Когда мимо проезжали трамваи, стеклянная дверь дребезжала,вместе с нею дрожала и статуя. Каждый раз, когда я проходил мимо лавки, мне становилось не по себе - а вдруг упадет и разобьется?
Однажды мне приснился сон...
Статуя вдруг покачнулась и стала падать. Я хотел поддержать ее, но неожиданно руки Каннон отделились от туловища и обняли меня за шею. Я отскочил - было что-то жуткое в оживших вдруг руках безжизненной статуи и в холоде ее фарфоровых объятий.
Каннон беззвучно падает и разбивается на мелкие кусочки.
И тут, непонятно откуда, появляется Она и, присев на корточки, торопливо собирает разлетевшиеся во все стороны блестящие осколки фарфора. Пораженный Ее внезапным появлением, я пытаюсь что-то сказать в свое оправдание - и просыпаюсь.
Я попробовал истолковать свой сон.
"Так же и вы, мужья, обращайтесь благоразумно с женами, как с немощнейшим сосудом..."
В то время мне часто вспоминалась эта фраза из Священного Писания. Слова "немощный сосуд" всегда ассоциировались с чем-то сделанным из фарфора. И еще: таким немощным сосудом была для меня Она.
Действительно, девушка - это нечто легкобьющееся. Что для нее любовь? Саморазрушение - можно ведь и так сказать.
В моем сне - не собирала ли Она торопливо свои собственные осколки, свое собственное, вдребезги разбитое тело?

1924

КАНАРЕЙКИ

"Дорогая! Я вынужден прервать обещанное молчание и написать тебе письмо. Всего лишь одно.
Дело в том, что я больше не с состоянии содержать канареек, которых ты подарила мне в прошлом году. Все это время за ними присматривала моя жена. Мне же оставалось только наблюдать, как она это делает. Я наблюдал и вспоминал тебя...
Помнишь, ты говорила: у тебя есть жена, а у меня муж - так что давай расстанемся. А вот если бы ты не был женат, вот тогда бы... Ну и так далее. И подарила мне на память двух канареек. Мол,птички эти - супруги. Вот поймал птицелов одного самца и одну самку да и посадил их в одну клетку. А птички эти никогда и не думали, что вместе окажутся. Говорила: смотри на них и меня вспоминай. Хоть это так странно - птичек дарить, но пусть в них живет память о нас с тобой. Конечно, они когда-нибудь умрут. Вот так же пускай и наша память умрет, когда тому придет срок. Вот как ты гвоорила...
А теперь я вижу, что канарейки скоро умрут. потому что умер человек, который за ними ухаживал. Ты ведь знаешь - я нищий и безответственный художник. С прихотливыми птичками мне не справиться. Скажу еще яснее: умерла жена, и теперь канарейкам тоже суждено умереть. Вот и получается, дорогая моя, что память о тебе сберегала моя жена.
У меня была мысль отпустить канареек на волю. Но только после смерти жены они тоже как-то ослабели. К тому же они не знают, что такое небо. Да и в ближайшем лесу канареек не водится, прибиться не к кому. А если почему-то им придется разлучиться, они погибнут поодиночке. Хоть ты и говорила, что вот поймал птицелов одного самца и одну самку да и посадил их в одну клетку...
В магазин их продать? Мне это не нравится. Ведь это твой подарок. Вернуть их тебе? Тоже нехорошо. Их кормила жена, а ты, может, про них и позабыла совсем. В тягость они тебе будут.
Повторяю еще раз. Птички живы потому, что была жива жена. Хоть канарейки - это память о тебе. Поэтому, любимая, я и хочу, чтобы они последовали вслед за женой. Дело ведь не только в памяти. Почему мы имели возможность полюбить друг друга? Потому что у меня была жена. Именно она избавляла меня от каждодневных тягот быта, и я мог думать о себе. В противном случае при встрече с тобой мне пришлось бы отвести глаза.
Так что, любимая, обращаюсь к тебе с просьбой. Можно ли мне убить этих птичек и похоронить в одной могиле с женой?"

1924

Что за обуза эта девственность! Вроде бы и не жалко этой поклажи, выкинуть эту дрянь на проселочной темной дороге или прямо с моста - в урну или в реку - очень просто, да только на ярко освещенной улице найти подходящее место не так-то легко. И если твоя первая женщина пожелает взглянуть, что же там у тебя в твоем багаже, тебе не останется ничего другого, как покраснеть. Ты ответишь, что там, в чемоданах, упакованы твои горькие чувства, и тут уж тебе, бездомному псу, больше ничего не захочется. Но если ты преодолеешь вот такого вот себя и узнаешь многих женщин, то еще острее почувствуешь, как снег налипает на подошвы, мешает идти. Уж лучше разуться и бежать по снегу босиком...

Любовь не делит средства достижения искомого на высокие и низкие.